Институт дизайна и искусств, кафедра истории и теории искусства,аспирант
Большая Морская ул., д. 18, Санкт-Петербург, 191186, Россия
ORCID 0009-0003-9345-3841
18 Bolshaya Morskaya Str., Saint Petersburg, 191186, Russia
ORCID 0009-0003-9345-3841
Институт экономики и социальных технологий, кафедра общественных наук,профессор
Большая Морская ул., д. 18, Санкт-Петербург, 191186, Россия
доктор философских наук, кандидат социологических наук
ORCID 0000-0001-5219-9400; SPIN 9168-6553
18 Bolshaya Morskaya Str., Saint Petersburg, 191186, Russia
ORCID 0000-0001-5219-9400; SPIN 9168-6553
Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна,Институт дизайна и искусств, кафедра истории и теории искусства,доцент
Большая Морская ул., д. 18, Санкт-Петербург, 191186, Россия
Санкт-Петербургский государственный университет,факультет искусств, программа декоративно-прикладного искусства,доцент
Университетская наб., д. 7/9, Санкт-Петербург, 199034, Россия
кандидат искусствоведения, доцент
ORCID 0000-0002-4653-7116; SPIN 5206-5927
St. Petersburg State University of Industrial Technologies and Design,18 Bolshaya Morskaya Str., Saint Petersburg, 191186, Russia
St. Petersburg State University,5 Mendeleevskaya Liniya, St. Petersburg, 199034, Russia
ORCID 0000-0002-4653-7116; SPIN 5206-5927
Иранские (персидские) сады — это непреходящее наследие материальной и духовной древней культуры. Сад — не только территория для выращивания растений, но и место, которое всегда ассоциировалось у иранцев с мистическими концепциями, пространство для общения человека с миром, обеспечивающее его священной связью с природой. Другими словами, иранский сад — это больше, чем облагороженный участок земли, это — ворота в другой мир. Целью настоящей работы является анализ иранского садового дискурса в период Сефевидов (1501—1736) и связанных с ним концепций, распространенных в иранской культуре и искусстве.
В эпоху Сефевидов в целях поддержки художников были созданы централизованные королевские мастерские, где вместе работали поэты, художники и другие люди искусства. В это время религиозные темы становятся все более актуальными и способствуют внедрению мистических концепций в художественную сферу. Одним из важных видов творчества названной эпохи было создание ковров. При этом садовые ковры (как один из видов ковроткачества) являются ярким проявлением феномена персидского сада, который всегда находился в центре внимания в иранском искусстве.
Тема сада рассматривается нами в междисциплинарном контексте как доминирующее направление художественного дискурса эпохи Сефевидов. В качестве методологической основы для анализа феномена иранского (персидского) сада выбраны дискурсивные теории Э. Лакло и Ш. Муфф, а также теория дискурса М. Фуко. Научная новизна исследования заключается не только в нестандартном подходе к раскрытию темы сада в ковровом искусстве Ирана, но и во введении в научный оборот персидских текстов, ранее не использовавшихся в контексте данной темы в отечественном искусствознании. Применение этих источников позволяет реконструировать собственно иранский садовый культурный дискурс и выявить те смысловые структуры, которые оказали непосредственное влияние на формирование ковровых композиций. Результаты проведенного исследования позволяют ответить на вопрос о том, какую роль садовый дискурс сыграл в формировании художественного творчества и ковроткачества указанного периода. Полученные результаты показывают, что садовый дискурс оказал значительное влияние на развитие ковроткачества и вдохновил художников и ткачей на выражение своих идей.
Iranian (Persian) gardens are an enduring legacy of ancient material and spiritual culture. A garden is not only a place for growing plants but also a place that has always been associated with mystical concepts by Iranians, a space for human interaction with the world, providing a sacred connection with nature. In other words, an Iranian garden is more than a cultivated plot of land; it is a gateway to another world. The aim of this paper is to analyze Iranian garden discourse during the Safavid period (1501—1736) and related concepts prevalent in Iranian culture and art.
During the Safavid era, centralized royal workshops were established to support artists, where poets, painters, and other artists collaborated. During this time, religious themes became increasingly prominent, contributing to the incorporation of mystical concepts into the artistic sphere. Carpet weaving was an important form of art during this era. Garden carpets (as a form of carpet weaving) are a striking manifestation of the Persian garden phenomenon, which has always been a focal point in Iranian art.
We examine the theme of the garden in an interdisciplinary context — as a dominant trend in artistic discourse during the Safavid era. The discursive theories of E. Laclau and C. Mouffe, as well as M. Foucault’s discourse theory, serve as the methodological basis for analyzing the phenomenon of the Iranian (Persian) garden. The scientific novelty of this study lies not only in its unconventional approach to exploring the theme of the garden in Iranian carpet art but also in the introduction of Persian texts, previously unused in the context of this topic in Russian art criticism. The use of these sources allows us to reconstruct the Iranian garden cultural discourse itself and identify the semantic structures that directly influenced the formation of carpet compositions. The results of this study allow us to answer the question of the role that gardening discourse played in the development of artistic expression and carpet weaving during this period. The findings demonstrate that gardening discourse had a significant impact on the development of carpet weaving and inspired artists and weavers to express their ideas.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.