Статья посвящена интерпретациям понятия «реализм» в конце 1960-х годов. Разно чтения в понимании границ «социалистического реализма» - единственного допустимого мето да советского искусства, утвержденного властью в середине 1930-х гг., - начались вскоре после смер ти Сталина и стали предметом публичных дискус сий в годы «оттепели». В середине 1960-х гг. в ре зультате ужесточения государственной политики в области культуры подобные обсуждения стали проводиться реже. Охлаждение культурных отно шений с Европой и Америкой положило конец череде масштабных выставок западного искусства ХХ в., во многом определявших художественную жизнь «оттепели» и дававших пищу для дискуссий. Не смотря на то что произведения искусства сталин ской эпохи по-прежнему подвергались критике как в официальных постановлениях, так и во внутрен них дискуссиях союзов творческих работников, можно заметить преемственность между рито рикой конца 1960-х и 1930-х гг., выраженное, пре жде всего, в неприятии модернизма, представлении об искусстве как области идеологии и стремлении к возрождению «национальных традиций». Статья основана на данных архивов Московского отделе ния Союза художников РСФСР (МОСХ) и освеща ет круг вопросов, наиболее часто встречающихся в стенограммах в связи с проблемой реализма. Пре жде всего это вопросы о допустимости и границах формального эксперимента в рамках реализма, о соотношении формы и содержания в произведе нии искусства, о поиске новых путей развития те матической картины, а также о необходимости переосмыслить такие традиционные понятия, как «партийность» и «гражданственность».
The article studies some transcripts of the dis cussions concerning the concept of “realism”, which were held in the Moscow Branch of the Artists’ Union in the late 1960s. Soon after the death of Stalin, some alternative in terpretations of the concept “socialist realism” - the only of fi cial method of the Soviet art, accepted by the government in the 1930s, - appeared and provoked public debates. In the middle of 1960s, when the state cultural policy took a conservative turn, such discussions became rare. The al ienation of Europe and America put an end to the series of large-scale exhibitions of the Western art of the 20th cen tury and, consequently, limited information. Even though the methods of Stalin’s art continued to be criticized by of ficial regulations and by most of the artists, it is possible to notice the recurrence of the discourses of the late 1960s and the 1930s. Both of them rejected the Modernist aesthetics, considered art as a part of ideology, and pushed forward the “great national idea”. The article is based on the archives of the Moscow Branch of the Artists’ Union of the Russian So viet Federative Socialist Republic. It examines a range of is sues most commonly mentioned in the conversations about realism, such as admissibility of formal experiment in real ism, correlation between form and content in a piece of art, new ways to improve the “thematic paintings”, and necessi ty to reinterpret such traditional concepts as “partisanship” and “civic consciousness”.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.